Навязчивые состояния

Раздел: 
Невроз навязчивых состояний

Навязчивые состояния - это один из терминов обсессивно-компульсивного расстройства, невроза, на почве которого у человека возникают назойливые мысли или побуждения (часто - негативного характера). Такие мысли могут быть разрушительны для психики больного, так как, чаще всего, они о насилии, несчастных случаях, или побуждении совершить что-то плохое. Часто такие мысли могут быть воспоминаниями, как настоящими, так и ложными, и избавиться от этих постоянных мыслей человек не может.

В этой статье мы рассмотрим основные симптомы обсессивно-компульсивного расстройства и способы борьбы с этим недугом.

Невроз навязчивых состояний: как появляются неприятные мысли

Современные исследования этиологии обсессивно-компульсивного расстройства (ОКР) указывают на роль генетических факторов как факторов предрасположенности: 25% близких родственников больных ОКР имеют это расстройство, у монозиготных близнецов по сравнению с дизиготными частота составляет 65 против 15%. Генетическая предрасположенность, вероятно, проявляется через дизрегуляции в нейротрансмиттерной системе серотонина (и, соответственно, общую склонность к тревоге и «зацикливанию» - исследования показывают также высокую степень коморбидности и относительно других тревожных расстройств), а также определенную «уязвимость» системы таламус - хвостатое ядро - орбитальная кора - поясная извилина коры (cingulate gyrus).

Эта система отвечает за «фильтрацию» мыслей (те, которые достойны внимания, и те, которые не допускаются в сознание как важные - это, в частности, функция хвостатого ядра), а также предоставление значения отдельным мыслям как таковым, сигнализирующим об опасности и соответствующее «зацикливание» на них (функция орбитальной коры и поясной извилины). Систему можно метафорически сравнить с антивирусом компьютера: когда выявлена определенная угроза, антивирус постоянно «выбрасывает» на экран окошко красного цвета с сообщением об опасности, сопровождая это соответствующим звуковым сигналом. И какую бы другую программу мы не включали, окошко все равно будет выскакивать наверху до тех пор, пока угроза не будет ликвидирована. У людей с ОКР мозг имеет «гиперчувствительную» систему сканирования возможных угроз, которая языком метафоры «обнаруживает угрозу там, где ее нет, или же она очень маловероятна и сопровождает ее сильным сигналом тревоги», и при определенных условиях, о которых речь пойдет ниже, эта система может дать «сбой», который проявится симптомами ОКР.

Причины возникновения навязчивых состояний: проблемы в семье и стрессы

Ученые и врачи психиатры долгое время изучали проблему ОКР. Очень важно при диагностике недуга отличить обсессии от шизофрении. Итак, каковы же причины навязчивых и нервных расстройств?

Большинство психиатров, после анализа прошлого многих своих пациентов, пришли к выводу, что гиперчувствительность и склонность к обессивным мыслям произрастает из-за постоянных волнений и стрессов в раннем детстве. 

Нейробиологическая склонность в модели когнитивно-поведенческой терапии (КПТ) может дополниться и дополнительными факторами склонностей, связанных с психосоциальным опытом человека, в частности в детстве, и формированием определенных личностных убеждений (на языке КПТ - глубинных убеждений/схем и связанных с ними дисфункциональных предположений).

Например, у пациентки К., которая выросла в семье, где были проблемы со злоупотреблением алкоголя у родителей и непредсказуемым способом происходило много стрессовых событий (пьяные дебоши, драки и т.п.) - «система тревоги» активизировалась очень часто и, соответственно, сформировалась «схема ожидания опасности» (может произойти что-то страшное, катастрофическое) и вторичное правило - надо быть постоянно начеку.

У другой пациентки Т., при схожих обстоятельствах, которые еще дополнились частыми обвинениями и упреками девочке, сформировалась рядом со схемой ожидания опасности схема гиперответственности: «Мне всегда было страшно, что что-то произойдет, что мама или папа могут друг друга убить во время ссоры, поэтому я себе тогда придумала правило: если я все буду делать правильно, то ничего страшного не произойдет и я смогу предотвратить беду. Собственно, тогда у меня начались навязчивые «правильные» ритуалы». Понятно, что это было проявлением детского «магического мышления» и способом контролировать неконтролируемое, но именно эта схема создала "плодотворную почву" для развития ОКР в будущем из-за такой чрезмерной склонности чувствовать себя ответственным за предупреждение опасности.

В когнитивно-поведенческой модели эти факторы предрасположенности (нейробиологические и личностные дисфункциональные схемы, происходящие из раннего опыта) можно метафорически сравнить с легковоспламеняющимся материалом (например, лесом при засухе), однако их одних недостаточно, чтобы возникло расстройство (метафорически - лесной пожар). Критический случай (брошенный окурок, а не потушенный костер в выбранной метафоре) становится пусковым механизмом для начала ОКР как расстройства. Развитие расстройства невозможно при наличии только одного из факторов, только их совокупность приводит к его возникновению (окурок + легковоспламеняющийся материал = огонь). При ОКР критическим случаем могут быть самые разнообразные события, причем они, как правило, специфические к теме обсессий.

Например, у пациентки А. обсессивные мысли о том, что она может убить своего ребенка, родных, развились после того, как она увидела в новостях репортаж о психически больной женщине, которая убила своего ребенка, а за день до того, во время бытовой ссоры мужчина сказал ей, что она «больная на голову и ей надо к психиатру». У другой пациентки развились обсессивные мысли о том, что она может заразиться сама и заразить своих детей глистами после того, как у их собаки обнаружили глисты и она прочитала в интернете статью о том, что яйца глистов могут быть везде.

Впрочем, огонь в лесу - это еще не лесной пожар. И только тогда, когда есть определенный процесс - доступ пламени к новому легковоспламеняющемуся материалу, огонь может охватить лес. Так же при ОКР отдельные интрузивные мысли приобретают характер обсессий, когда существуют определенные поддерживающие циклы. Процесс перехода интрузивной мысли в ОКР представлен в современной когнитивно-поведенческой модели.

Рассмотрим последовательно эту модель. Итак, в определенной ситуации у человека впервые возникает интрузивное мнение (например, как у пациентки А. - «я могу убить своего ребенка»). Согласно данным исследований, интрузивные мысли такого же содержания, как и у людей с ОКР, имеют место у 90% людей. Однако интрузивные мысли у людей, у которых разовьется ОКР, получают специфическую оценку личной ответственности за предупреждение опасности: «существует определенная вероятность опасности, и это моя ответственность сделать что-то, чтобы предотвратить ее». Соответственно, если большинство людей восприняло бы такого рода мнение как просто «глупое и необоснованное», человек, у которого развивается ОКР, начнет думать что-то вроде того, что и пациентка О.: «если мне пришла такая мысль, то это уже указывает на то , что я ненормальная, нормальным людям такие мысли не приходят, значит, может, я еще и не потеряла голову, но уже недалеко от этого, мой ребенок в опасности и т. д.».

В результате такие мысли вызывают тревогу, а на склонность к тревоге и «зацикливанию» мозг соответственно реагирует сильной тревогой и начинает постоянно «возвращать» эту мысль о возможном убийстве ребенка в центр внимания. Согласно поведенческим принципам происходит классическое предопределение, и интрузивное мнение становится условным стимулом, вызывающим тревогу. С точки зрения классического бихевиоризма развивается «фобия собственных мыслей», однако, в отличие от других фобий, где избежание объекта фобии (например, высоты или замкнутого пространства) является относительно возможным, попытки «не думать» определенные мысли ведут только к их усилению.

 Экспериментально доказано, что попытки «не думать» определенные мысли в течение какого-то времени приводит к их более частому «появлению» в сознании - читатель может в этом убедиться сам, попробовав, например, одну минуту не думать о белом медведе. Соответственно, интрузивные мысли приобретают навязчивый характер, что ведет к нарастанию тревоги и новых когнитивных оценок - «я не контролирую своих мыслей, я все время об этом думаю, это признак того, что я уже действительно становлюсь одержима этой идеей и т.д.».

Особенности мыслей при ОКР

Когнитивная модель ОКР уделяет большое значение тем когнитивным оценкам, которые предоставляет человек своим интрузивным/навязчивым мыслям. Для ОКР характерны следующие возможные когнитивные оценки наиболее навязчивых мыслей:
 1. Оценка «сверхважности» мыслей:
  • «если я «думаю», то это не просто так, это что-то значит» (например, «я могу действительно убить своего ребенка»);
  • слияние мысли и действия - «думать - это уже все равно, что делать» (например, «если я имею сексуальные богохульные навязчивые мысли, то это я уже грешу»;
  • «думание» определенных мыслей может привести к определенным последствиям («материализация мыслей», «мышление мысли увеличивает вероятность свершения того, о чем я думаю»).

 2. Переоценка статистической вероятности, что что-то произойдет опасное, и последствий того, если что-то такое произойдет: «если выйду из квартиры, я могу не заметить шприца, который бросили наркоманы, больные СПИДом, наколоться на него ногой, заразиться ВИЧ инфекцией, и тогда, не зная, что я заражен, могу еще и передать вирус другим».

 3. Переоценка собственной ответственности за то, что произойдет, чрезмерная ответственность - «я должен предотвратить катастрофу».

 4. Потребность 100% уверенности - «Если нет 100% доказательств, что опасность не произойдет или угроза под контролем, значит нельзя успокаиваться, нужно продолжать принимать меры безопасности и т.д.».

Обсессии и компульсии при ОКР

Обычно, когнитивная оценка не является одноразовой мыслью, это переходит в процесс постоянного обдумывания - часто дисфункционального, который «затягивает» пациента все глубже в новые «круги» тревоги: человек может представлять себе, как все страшно закончится («я проведу остаток дней в психиатрической больнице или в тюрьме»), может связывать нелогичным способом случайные события как доказательства своих страхов («я подумала, что хочу сесть, и человек в автобусе встал - да, мысли материализуются, значит, если у меня есть эта навязчивая мысль, что мой муж погибнет в автокатастрофе, то я своими мыслями и создам ее»).

Часто переполненный тревогой человек может также искать успокоения со стороны других лиц, впрочем, нередко получает в ответ информацию, которая наоборот усиливает тревогу («я спрашивала своих подруг, верят ли они в материализацию мыслей, они сказали, что да»). Для самоуспокоения человек может устраивать себе различные проверки, которые тоже часто лишь усиливают сомнения и тревогу (например, «женщина, о которой говорилось в новостях, убившая своего ребенка, должна была иметь галлюцинации - не развиваются ли они и у меня?», соответствующее постоянное прислушивание - «не слышу ли я чего-то несуществующего?», нарастающие сомнения - «действительно ли был этот звук, или его слышала только я?», переспрашивание других, слышали ли они этот звук и т. д.).

Неадекватную когнитивную оценку приобретает и наличие тревоги: «Если я не сделаю чего-то, чтобы прекратить тревогу, то она будет усиливаться; она никогда не перестанет; это приведет к ужасным последствиям, катастрофе (например, я сойду с ума, сделаю что-то неадекватное, мое физическое здоровье пострадает, потеряю работоспособность и т.д.)». Соответственно, человек проявляет нейтрализующую активность (компульсивный ритуал - например, повторное мытье рук, чтобы минимизировать риск заражения глистами; ритуал может иметь место только в воображении - «если мысли материализуются, то чтобы мои навязчивые мысли о смерти мужа в автокатастрофе не привели к этому, буду представлять его часто старым, здоровым, счастливым») или же избегает ситуации, вызывающей тревогу (не остается наедине с ребенком, требует, чтобы кто-то постоянно был рядом «на случай, если потеряет контроль над собой» и т.п.).

Нейтрализующая активность может быть направлена как на ликвидацию угрозы («я лучше помою руки еще раз, потому что там осели бациллы туберкулеза, которые залетели с лестничной клетки»), так и на уменьшение тревоги («я понимаю, что это глупо еще раз возвращаться домой, проверять выключен ли кран, но я лучше сделаю это и меня отпустит тревога, иначе я буду на работе постоянно в напряжении»). Использование стратегии избегания или компульсий не позволяет убедиться в действительности прогнозов и состояться соответствующей коррекции когнитивных оценок («я не заражусь глистами, даже если и буду мыть руки семь раз в день вместо сорока пяти», «тревога, если не сделать компульсии, поднимется немного, а потом упадет через тридцать минут, а на следующий раз придет еще быстрее, и противостоять желанию сделать компульсии будет гораздо легче» и т. д.), также нет возможности состояться процессу габитуации/угасанию тревоги при длительной экспозиции стимула, который вызывает страх.

Поэтому к навязчивым мыслям прогрессивно добавляется компульсивная деятельность и нарастает избегающее поведение. Суммарно обсессии, компульсии, избегающее поведение и тревога вызывают дистресс, ограничивают жизненное пространство человека, влияют на качество жизни, приводят к инвалидизации. Если ничто не останавливает эти циклы нарастания проблемы, то тревога генерализируется дальше, развиваются новые обсессии и компульсии, нарастает избегающее поведение. У значительной части пациентов с ОКР вышеперечисленное в конечном итоге может вызвать ощущение загнанности в тупик, отчаяние в невозможности освободиться от этого, жить полноценной жизнью - все это становится основой для развития вторичной депрессии, которая, согласно данным исследований, является коморбидной к ОКР в 30% случаев.

Итак, следует отметить, что усилия, которые прикладывает человек, больной ОКР (компульсии, избегание, поиск заверений/успокоения, попытка «не думать» определенные мысли), являются ключевыми компонентами поддержки процесса расстройства и механизмом его дальнейшего развития. Пути решения проблемы сами становятся причиной проблемы. Метафорически это можно сравнить с попытками потушить пожар, забрасывая огонь кучами дров. Возможно, на некоторое время они уменьшат пламя, но в дальнейшем станут основой дальнейшего развития пожара.

Ведь то, что нечаянно делает человек в ответ на симптомы ОКР, становится основой его развития. Поэтому основными целями когнитивно-поведенческой терапии ОКР является помощь пациенту в понимании «злокачественного» характера этих поддерживающих циклов и их постепенного прекращения, а также в выработке более адекватных оценок и более эффективных стратегий преодоления симптомов ОКР.



Добавить комментарий

Сейчас комментируют

Надя
У меня после родов была такая боль. Просто роды тяжелые были. Ноющая боль в пояснице у женщин: симптомы и основные причины
Елена
Здравствуйте.Мне 35 лет.Последние 6 лет мучаюсь от странной болезни... Внутричерепное давление: причины и лечение
Татьяна
Соглашусь, что при экземе без мази просто не обойтись, особенно сухой Сухая экзема на ногах: что делать и как лечить?
Лилия
А вот интересно: если боль с позвоночником не связана, от обезболивающ Ноющая боль в пояснице у женщин: симптомы и основные причины